Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36



– Voulez-vous venir boire? demanda l'écolier.

– Не желаете ли испить? – спросил школяр.


Cette proposition calma le capitaine.

Это предложение успокоило капитана.


– Je veux bien, mais je n'ai pas d'argent Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36.

– Я не прочь, но у меня ни гроша.


– J'en ai, moi!

– А у меня есть!


– Bah! voyons?

– Ба! Неуж-то?


Jehan étala l'escarcelle aux yeux du capitaine, avec majesté et simplicit Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36é. Cependant l'archidiacre, qui avait laissé là Charmolue ébahi, était venu jusqu'à eux et s'était arrêté à quelques pas, les observant tous deux sans qu'ils prissent garde à lui, tant la contemplation de Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 l'escarcelle les absorbait.

Жеан величавым и совместно с тем простодушным жестом раскрыл перед капитаном кошелек. Тем временем архидьякон, покинув остолбеневшего Шармолю, приблизился к ним и тормознул в нескольких шагах, следя за Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 ними. Юные люди не направили на это никакого внимания, так они были поглощены созерцанием кошелька.


Phoebus s'écria: – Une bourse dans votre poche, Jehan, c'est la lune dans un seau Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 d'eau. On l'y voit, mais elle n'y est pas. Il n'y en a que l'ombre. Pardieu! gageons que ce sont des cailloux!

– Жеан! – воскрикнул Феб. – Кошелек Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 в вашем кармашке – это все равно, что луна в ведре с водою. Ее видно, но ее там нет. Только отражение! Черт возьми! Я уверен, что там камни!


Jehan répondit froidement:.

Жеан Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 ответил холодно:


– Voilà les cailloux dont je cailloute mon gousset

– Вот они, камни, которыми я набиваю собственный кармашек.


Et, sans ajouter une parole, il vida l'escarcelle sur une borne voisine, de l'air Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 d'un romain sauvant la patrie.

Не прибавив больше ни слова, он с видом римлянина, спасающего отечество, вываливал содержимое кошелька на ближайшую тумбу.


– Vrai Dieu! grommela Phoebus, des targes, des grands-blancs Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36, des petits-blancs, des mailles d'un tournois les deux, des deniers parisis, de vrais liards-à-l'aigle! C'est éblouissant!

– Господи! – пробормотал Феб. – Щитки, огромные беляки, малые беляки, два турских грошика Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36, парижские денье, лиарды, истинные, с соколом! Неописуемо!


Jehan demeurait digne et impassible. Quelques liards avaient roulé dans la boue; le capitaine, dans son enthousiasme, se baissa pour les ramasser. Jehan Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 le retint:

Жеан продолжал держаться хладнокровно и с достоинством. Несколько лиардов покатилось в грязь; капитан ринулся было их подымать, но Жеан удержал его:


– Fi, capitaine Phoebus de Châteaupers!

– Фи, капитан Феб Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 де Шатопер!


Phoebus compta la monnaie et se tournant avec solennité vers Jehan:

Феб сосчитал средства и, с праздничным видом повернувшись к Жеану, произнес:


– Savez-vous, Jehan, qu'il y a vingt-trois sous Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 parisis! Qui avez-vous donc dévalisé cette nuit, rue Coupe-Gueule?

– А понимаете ли вы, Жеан, что тут 20 три парижских су? Кого это вы ограбили сегодня ночкой на улице Перерезанных глоток Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36?


Jehan rejeta en arrière sa tête blonde et bouclée, et dit en fermant à demi des yeux dédaigneux:

Жеан отбросил вспять кучерявую белокурую голову и, надменно прищурив глаза, ответил Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36:


– On a un frère archidiacre et imbécile.

– На то у нас имеется брат – слабоумный архидьякон.


– Corne de Dieu! s'écria Phoebus, le digne homme!

– Черт возьми! – воскрикнул Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 Феб. – Какой достойный человек!


– Allons boire, dit Jehan.

– Идем выпьем, – предложил Жеан.


– Où irons-nous? dit Phoebus. À la Pomme d'Ève?

– Куда же мы пойдем? – спросил Феб. – В "Яблоко Евы"?


– Non, capitaine Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36. Allons à la Vieille Science. Une vieille qui scie une anse. C'est un rébus. J'aime cela.

– Не стоит, капитан, пойдем лучше в кабачок "Древняя наука".


– Foin des rébus, Jehan Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36! le vin est meilleur à la Pomme d'Ève. Et puis, à côté de la porte il y a une vigne au soleil qui m'égaie quand je bois.

– Вино лучше в кабачке Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 "Яблоко Евы". А не считая того, там около двери вьется на солнце виноградовая лоза. Это меня веселит, когда я пью.


– Eh bien! va pour Ève et sa pomme, dit l'écolier ; et prenant Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 le bras de Phoebus: – À propos, mon cher capitaine, vous avez dit tout à l'heure la rue Coupe-Gueule. C'est fort mal parler. On n'est plus si barbare à présent. On dit la Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 rue Coupe-Gorge.

– Хорошо, пусть будет Ева с яблоком! – согласился школяр и, взяв под руку капитана, произнес: – Кстати, дражайший капитан, вы только-только упомянули об улице Перерезанных глоток. Так Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 не молвят. Мы уже не варвары. Нужно гласить: улица Перерезанного гортани.


Les deux amis se mirent en route vers la Pomme d'Ève. Il est inutile de dire qu'ils avaient d'abord ramassé l Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36'argent et que l'archidiacre les suivait.

Товарищи направились к "Яблоку Евы". Лишне упоминать о том, что за ранее они подобрали упавшие в грязь средства и что прямо за ними пошел и Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 архидьякон.


L'archidiacre les suivait, sombre et hagard. Était-ce là le Phoebus dont le nom maudit, depuis son entrevue avec Gringoire, se mêlait à toutes ses pensées? il ne le Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 savait, mais, enfin, c'était un Phoebus, et ce nom magique suffisait pour que l'archidiacre suivit à pas de loup les deux insouciants compagnons, écoutant leurs paroles et observant Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 leurs moindres gestes avec une anxiété attentive. Du reste, rien de plus facile que d'entendre tout ce qu'ils disaient, tant ils parlaient haut, fort peu gênés de mettre les Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 passants de moitié dans leurs confidences. Ils parlaient duels, filles, cruches, folies.

Он следовал за ними, сумрачный и рассеянный. Был ли этот Феб тем Фебом, чье окаянное имя после встречи Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 с Гренгуаром вплеталось во все его мысли, – этого он не знал, но все таки это был некий Феб, и этого волшебного имени довольно было, чтоб архидьякон, крадучись, как будто волк, шел следом за беспечными Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 друзьями, с напряженным вниманием прислушиваясь к их трепотне и следя за каждым их движением. Вобщем, ничего не было легче, как подслушать их беседу: они гласили во весь глас, не очень стесняясь Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 тем, что приобщали прохожих к своим тайнам. Они болтали о дуэлях, девках, попойках, сумасбродствах.


Au détour d'une rue, le bruit d'un tambour de basque leur vint d'un carrefour voisin Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36. Dom Claude entendit l'officier qui disait à l'écolier:

На углу одной из улиц с перекрестка донесся звук бубна. Клод услышал, как офицер произнес школяру:


– Tonnerre! doublons le pas.

– Гром Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 и молния! Поспешим!


– Pourquoi, Phoebus?

– Почему?


– J'ai peur que la bohémienne ne me voie.

– Боюсь, вроде бы меня не увидела цыганка.


– Quelle bohémienne?

– Какая цыганка?


– La petite qui a Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 une chèvre.

– Да та – малютка с козочкой.


– La Smeralda?

– Эсмеральда?


– Justement, Jehan. J'oublie toujours son diable de nom. Dépêchons, elle me reconnaîtrait. Je ne veux pas que cette fille m Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36'accoste dans la rue.

– Она самая. Я все позабываю ее чертово имя Поспешим, а то она меня выяснит. Мне не охото, чтобы девчонка заговорила со мной на улице.


– Est-ce que Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 vous la connaissez, Phoebus?

– А разве вы с ней знакомы, Феб?


Ici l'archidiacre vit Phoebus ricaner, se pencher à l'oreille de Jehan, et lui dire quelques mots tout bas Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36. Puis Phoebus éclata de rire et secoua la tête d'un air triomphant.

Здесь архидьякон увидел, как Феб ухмыльнулся и, наклонившись к уху школяра, что-то шепнул ему Потом он разразился смехом и Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 с победоносным видом тряхнул головой.


– En vérité? dit Jehan.

– Неуж-то? – спросил Жеан.


– Sur mon âme! dit Phoebus.

– Клянусь душой! – отвечал Феб.


– Ce soir?

– Сегодня вечерком?


– Ce soir.

– Да Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36, сегодня вечерком.


– Êtes-vous sûr qu'elle viendra?

– И вы убеждены, что она придет?


– Mais êtes-vous fou, Jehan? est-ce qu'on doute de ces choses-là?

– Да вы с Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 разума сошли, Жеан! Разве можно в этом колебаться!


– Capitaine Phoebus, vous êtes un heureux gendarme!

– Ну и счастливец же вы, капитан Феб!


L'archidiacre entendit toute cette conversation. Ses dents claquèrent. Un frisson, visible Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 aux yeux, parcourut tout soc corps. Il s'arrêta un moment, s'appuya à une borne comme un homme ivre, puis il reprit la piste des deux joyeux drôles.

Архидьякон слышал Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 весь этот разговор Зубы у него застучали, по всему телу пробежала дрожь На секунду он тормознул, прислонившись, как будто опьяненный, к тумбе, а позже снова пошел следом за радостными гуляками.


Au Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 moment où il les rejoignit, ils avaient changé de conversation. Il les entendit chanter à tue-tête le vieux refrain:

Но когда он нагнал их, они уже во все гортань Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 распевали древную песенку.


Les enfants des Petits-Carreaux

Se font pendre comme des veaux.

В деревушке Каро всех ребят

Околпачили как глуповатых телят

VII. Le moine bourru VII. Монах-привидение


L'illustre cabaret de la Pomme d Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36'Ève était situé dans l'Université, au coin de la rue de la Rondelle et de la rue du Bâtonnier. C'était une salle au rez-de-chaussée, assez vaste et fort Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 basse, avec une voûte dont la retombée centrale s'appuyait sur un gros pilier de bois peint en jaune ; des tables partout, de luisants brocs d'étain accrochés au Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 mur, toujours force buveurs, des filles à foison, un vitrage sur la rue, une vigne à la porte, et au-dessus de cette porte une criarde planche de tôle, enluminée Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 d'une pomme et d'une femme, rouillée par la pluie et tournant au vent sur une broche de fer. Cette façon de girouette qui regardait le pavé était l'enseigne.

Именитый кабачок Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 "Яблоко Евы" находился в Институтском квартале на углу улицы Круглого щита и улицы Жезлоносца. Он занимал в нижнем этаже дома достаточно необъятную и низкую залу, свод которой опирался посредине на Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 толстый, выкрашенный в желтоватую краску древесный столб Всюду столы, на стенках начищенные оловянные кувшины, огромное количество гуляк, уличных дам, окно на улицу, виноградовая лоза у двери, а над дверцей ярко размалеванный Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 металлический лист с изображением дамы и яблока, проржавевший от дождика и повертывавшийся на металлическом стержне при каждом порыве ветра Это подобие флюгера, обращенного к мостовой, служило вывеской.


La nuit tombait. Le carrefour était Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 noir. Le cabaret plein de chandelles flamboyait de loin comme une forge dans l'ombre. On entendait le bruit des verres, des ripailles, des jurements, des querelles qui s'échappait par Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 les carreaux cassés. À travers la brume que la chaleur de la salle répandait sur la devanture vitrée, on voyait fourmiller cent figures confuses, et de temps en temps un éclat Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 de rire sonore s'en détachait. Les passants qui allaient à leurs affaires longeaient sans y jeter les yeux cette vitre tumultueuse. Seulement, par intervalles, quelque petit garçon en guenilles se haussait sur Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 la pointe des pieds jusqu'à l'appui de la devanture et jetait dans le cabaret la vieille huée goguenarde dont on poursuivait alors les ivrognes:

Вечерело Перекресток был закутан мраком Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 Издалече казалось, что кабачок, озаренный обилием свеч, пылает, точно кузница во тьме Через разбитые стекла доносился гул стаканов, шум кутежа, божба, перебранка В запотелом от жары большенном окне мерцали фигуры, временами из Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 залы долетали громовые раскаты хохота Прохожие, спешившие по своим делам, старались проскользнуть мимо гулкого окна, не заглядывая в него. Только время от времени какой-либо мальчик в лохмотьях, поднявшись на цыпочки и Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 уцепившись за подоконник, кидал в залу древний саркастический стишок, которым в те времена дразнили запивох:


– Aux Houls, saouls, saouls, saouls!

Того, кто опьянен, того, кто опьянен, – того в бурьян!


Un homme cependant se promenait Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 imperturbablement devant la bruyante taverne, y regardant sans cesse, et ne s'en écartant pas plus qu'un piquier de sa guérite. Il avait un manteau jusqu'au nez. Ce Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 manteau, il venait de l'acheter au fripier qui avoisinait la Pomme d'Ève, sans doute pour se garantir du froid des soirées de mars, peut-être pour cacher son costume. De Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 temps en temps il s'arrêtait devant le vitrage trouble à mailles de plomb, il écoutait, regardait, et frappait du pied.

Все таки некий человек прохаживался взад и вперед Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 мимо гулкой таверны, не спуская с нее глаз и отходя от нее не далее, чем часовой от собственной будки. На нем был плащ, поднятый воротник которого скрывал нижнюю часть его лица. Он только-только Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 купил этот плащ у старьевщика по соседству с "Яблоком Евы", возможно для того, чтоб оградить себя от свежести мартовских вечеров, а может быть – чтоб скрыть свою одежку. Временами он останавливался перед мерклым окном Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 со свинцовым решетчатым переплетом, прислушивался, всматривался, топал ногой.


Enfin la porte du cabaret s'ouvrit. C'est ce qu'il paraissait attendre. Deux buveurs en sortirent. Le rayon de lumière Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 qui s'échappa de la porte empourpra un moment leurs joviales figures. L'homme au manteau s'alla mettre en observation sous un porche de l'autre côté de la rue Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36.

В конце концов дверь кабачка распахнулась. Казалось, он только этого и ожидал. Вышли двое гуляк. Сноп света, вырвавшийся из двери, на мгновение осенил их радостные лица. Человек в плаще перебежал на Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 другую сторону улицы и, укрывшись в глубочайшей дверной арке, продолжал свои наблюдения.


– Corne et tonnerre! dit l'un des deux buveurs. Sept heures vont toquer. C'est l'heure de mon rendez Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36-vous.

– Гром и молния! – воскрикнул один из бражников. – На данный момент пробьет семь часов! А ведь мне пора на свидание.


– Je vous dis, reprenait son compagnon avec une langue épaisse, que Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 je ne demeure pas rue des Mauvaises-Paroles, indignus qui inter mala verba habitat. J'ai logis rue Jean-Pain-Mollet, in vico Johannis-Pain-Mollet. – Vous êtes plus cornu qu'un unicorne, si vous Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 dites le contraire. Chacun sait que qui monte une fois sur un ours n'a jamais peur, mais vous avez le nez tourné à la friandise, comme Saint-Jacques de l'Hôpital Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36.

– Уверяю вас, – пробормотал заплетающимся языком его собутыльник, – я не живу на улице Сквернословия. Indignus qui inter mala verba habitat. Жилище мое на улице Жеан-Мягкий-Хлеб, in vico Johannis-Pain Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36-Mollet. Вы более рогаты, чем единорог, если утверждаете неприятное! Всем понятно: кто в один прекрасный момент оседлал медведя, тот ничего не опасается! А вы, я вижу, охотник полакомиться, не ужаснее святого Жака Странноприимца.


– Jehan Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36, mon ami, vous êtes ivre, disait l'autre.

– Жеан, друг мой, вы пьяны, – увидел 2-ой.


L'autre répondit en chancelant:

Но тот, пошатываясь, продолжал:


– Cela vous plaît à dire, Phoebus Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36, mais il est prouvé que Platon avait le profil d'un chien de chasse.

– Гласите, что желаете, Феб, но издавна подтверждено, что у Платона был профиль охотничьей собаки.


Le lecteur a sans doute Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 déjà reconnu nos deux braves amis, le capitaine et l'écolier. Il paraît que l'homme qui les guettait dans l'ombre les avait reconnus aussi, car il suivait à pas Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 lents tous les zigzags que l'écolier faisait faire au capitaine, lequel, buveur plus aguerri, avait conservé tout son sang-froid. En les écoutant attentivement, l'homme au manteau put saisir Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 dans son entier l'intéressante conversation que voici:

Читатель, наверняка, уже вызнал наших достойных компаньонов, капитана и школяра. По-видимому, человек, стороживший их, хоронясь в тени, также вызнал их, ибо он неспешным Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 шагом пошел за ними, повторяя все зигзаги, которые школяр заставлял обрисовывать капитана, более закаленного в попойках и поэтому твердо державшегося на ногах. Пристально прислушиваясь к их разговору, человек в плаще не пропустил Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 ни слова из их увлекательной беседы.


– Corbacque! tâchez donc de marcher droit, monsieur le bachelier. Vous savez qu'il faut que je vous quitte. Voilà sept heures. J Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36'ai rendez-vous avec une femme.

– Клянусь Вакхом! Пытайтесь идти прямо, государь бакалавр. Ведь вам понятно, что я должен вас покинуть. Уже семь часов. У меня свидание с дамой.


– Laissez-moi donc, vous! Je vois Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 des étoiles et des lances de feu. Vous êtes comme le château de Dampmartin qui crève de rire.

– Отстаньте вы от меня! Я вижу звезды и пламенные копья. А вы Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 очень похожи на замок Дампмартен, который лопается от хохота.


– Par les verrues de ma grand'mère, Jehan, c'est déraisonner avec trop d'acharnement. – À propos, Jehan, est-ce Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 qu'il ne vous reste plus d'argent?

– Клянусь бородавками моей бабушки! Нельзя же плести такую чушь! Кстати, Жеан, у вас еще остались средства?


– Monsieur le recteur, il n'y a pas de Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 faute, la petite boucherie, parva boucheria.

– Государь ректор, тут нет никакой ошибки: parva boucheria значит "малая мясная лавка".


– Jehan, mon ami Jehan! vous savez que j'ai donné rendez-vous à cette petite Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 au bout du Pont Saint-Michel, que je ne puis la mener que chez la Falourdel, la vilotière du pont, et qu'il faudra payer la chambre. La vieille ribaude Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 à moustaches blanches ne me fera pas crédit. Jehan! de grâce! est-ce que nous avons bu toute l'escarcelle du curé? est-ce qu'il ne vous reste plus un Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 parisis?

– Жеан, друг мой Жеан! Вы же понимаете, что я провозгласил свидание малютке за мостом святого Миши, понимаете, что я могу ее отвести только к шлюхе Фалурдель, живущей на мосту. А ведь ей Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 нужно платить за комнату. Древняя карга с белоснежными усами не поверит мне в долг. Жеан, умоляю вас, неуж-то мы пропили все поповские средства? Неуж-то у вас не осталось ни 1-го Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 су?


– La conscience d'avoir bien dépensé les autres heures est un juste et savoureux condiment de table.

– Сознание, что мы с полезностью себе провели время, – это вкусная приправа к столу.


– Ventre Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 et boyaux! trêve aux billevesées! Dites-moi, Jehan du diable, vous reste-t-il quelque monnaie? Donnez, bédieu! ou je vais vous fouiller, fussiez-vous lépreux comme Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 Job et galeux comme César!

– Вот ненасытная утроба! Бросьте вы в конце концов ваши бредни! Скажите мне, чертова куколка: остались у вас средства? Давайте их сюда, либо, ей-богу, я обыщу Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 вас, будь вы покрыты проказой, как Иов, либо паршой, как Цезарь!


– Monsieur, la rue Galiache est une rue qui a un bout rue de la Verrerie, et l'autre rue de la Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 Tixeranderie.

– Государь! Улица Галиаш одним концом упирается в Стекольную улицу, а другим – в Ткацкую.


– Eh bien oui, mon bon ami Jehan, mon pauvre camarade ; la rue Galiache, c'est bien Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36, c'est très bien. Mais, au nom du ciel, revenez à vous. Il ne me faut qu'un sou parisis, et c'est pour sept heures.

– Ну да, голубчик Жеан, мой бедный товарищ, улица Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 Галиаш, это правильно, совсем правильно! Но, во имя неба, придите же в себя! Мне необходимо всего-навсего одно парижское су к 7 часам вечера.


– Silence à la ronde, et attention au refrain:

– Заткните глотку и Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 слушайте припев:


Quand les rats mangeront les cats.

Le loi sera seigneur d'Arras ;

Quand la mer, qui est grande et lée.

Sera à la Saint-Jean gelée.

On Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 verra, par-dessus la glace.

Sortir ceux d'Arras de leur place.

Если коты будут в брюхе крысином,

Станет в Аррасе повелитель владыкой,

Если безбурное море неожиданно

Будет заковано льдом в денек Иванов,

Люди узрят Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36, как по гладкому льду,

Бросив собственный город, аррасцы пойдут.


– Eh bien, écolier de l'Antechrist, puisses-tu être étranglé avec les tripes de ta mère! s'écria Phoebus, et Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 il poussa rudement l'écolier ivre, lequel glissa contre le mur et tomba mollement sur le pavé de Philippe-Auguste. Par un reste de cette pitié fraternelle qui n'abandonne jamais le Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 coeur d'un buveur, Phoebus roula Jehan avec le pied sur un de ces oreillers du pauvre que la providence tient prêts au coin de toutes les bornes de Paris, et que les Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 riches flétrissent dédaigneusement du nom de tas d'ordures. Le capitaine arrangea la tête de Jehan sur un plan incliné de trognons de choux, et à l'instant m Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36ême l'écolier se mit à ronfler avec une basse-taille magnifique. Cependant toute rancune n'était pas éteinte au coeur du capitaine.

– Ax ты, чертов школяр, чтобы для тебя повеситься на Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 кишках твоей мамы! – воскрикнул Феб и грубо толкнул опьяненного школяра, и тот, скользнув повдоль стенки, шлепнулся на мостовую Филиппа-Августа. Движимый остатком чувства братского соболезнования, никогда не покидающего запивох, Феб ногой подкатил Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 Жеана к одной из числа тех "подушек бедняков", которые провидение всегда держит наготове около всех тумб Парижа и которые богачи презрительно клеймят заглавием "мусорной кучи". Капитан положил голову Жеана на груду капустных кочерыжек, и Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 школяр тотчас же захрапел прекрасным басом. Но досада еще не угасла в сердечко капитана.


– Tant pis si la charrette du diable te ramasse en passant! dit-il au pauvre Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 clerc endormi, et il s'éloigna.

– Ну и пусть тебя подберет чертова телега! – произнес он бедному, прочно спавшему школяру и удалился.


L'homme au manteau, qui n'avait cessé de le suivre Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36, s'arrêta un moment devant l'écolier gisant, comme si une indécision l'agitait ; puis, poussant un profond soupir, il s'éloigna aussi à la suite du capitaine.

Не отстававший от него человек Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 в плаще приостановился перед храпевшим школяром как будто в нерешительности, но потом, тяжело вздохнув, последовал за капитаном.


Nous laisserons, comme eux, Jehan dormir sous le regard bienveillant de la belle étoile, et Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 nous les suivrons aussi, s'il plaît au lecteur.

По их примеру и мы, читатель, предоставим Жеану умиротворенно спать под благорасположенным покровом звездного неба и, если вы ничего не Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 имеете против, отправимся прямо за капитаном и человеком в плаще.


En débouchant dans la rue Saint-André-des-Arcs, le capitaine Phoebus s'aperçut que quelqu'un le suivait. Il vit, en Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 détournant par hasard les yeux, une espèce d'ombre qui rampait derrière lui le long des murs. Il s'arrêta, elle s'arrêta. Il se remit en marche, l Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36'ombre se remit en marche. Cela ne l'inquiéta que fort médiocrement. – Ah bah! se dit-il en lui-même, je n'ai pas le sou.

Выйдя Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 на улицу Сент-Андре-Дезар, капитан Феб увидел, что кто-то его отслеживает. В один момент обернувшись, он увидел тень, кравшуюся повдоль стенок. Он приостановился, приостановилась и тень, он двинулся вперед Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36, двинулась и тень. Но это его не очень встревожило. "Не неудача! – поразмыслил он. – Ведь у меня все равно нет ни 1-го су!"


Devant la façade du collège d'Autun il fit Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 halte. C'est à ce collège qu'il avait ébauché ce qu'il appelait ses études, et, par une habitude d'écolier taquin qui lui était restée, il ne passait jamais devant la façade Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 sans faire subir à la statut du cardinal Pierre Bertrand, sculptée à droite du portail, l'espèce d'affront dont se plaint si amèrement Priape dans la satire d Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36'Horace Olim truncus eram ficulnus. Il y avait mis tant d'acharnement que l'inscription Eduensis episcopus en était presque effacée. Il s'arrêta donc devant la statue comme à son Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 ordinaire. La rue était tout à fait déserte. Au moment où il renouait nonchalamment ses aiguillettes, le nez au vent, il vit l'ombre qui s'approchait de lui à pas lents, si lents Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 qu'il eut tout le temps d'observer que cette ombre avait un manteau et un chapeau. Arrivée près de lui, elle s'arrêta et demeura plus immobile Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 que la statue du cardinal Bertrand. Cependant elle attachait sur Phoebus deux yeux fixes pleins de cette lumière vague qui sort la nuit de la prunelle d'un chat.

Он тормознул перед фасадом Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 Отенского коллежа. Конкретно в этом коллеже он получил начатки того, что сам называл образованием. По укоренившейся школьной привычке он не мог пройти минуя этого строения без того, чтоб не вынудить Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 скульптуру кардинала Пьера Бертрана, стоявшую справа у входа, перетерпеть тот род оскорблений, на которые так горько сетует Приап в одной из сатир Горация: Olim truncus eram ficulnus. Благодаря стараниям капитана надпись Eduenisis episcopus Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 практически смылась. Итак, он, по обыкновению, тормознул. Улица была пустынна. Смотря по сторонам и небережно завязывая свои тесемки, капитан вдруг увидел, что тень стала медлительно к нему приближаться, – так медлительно, что он успел Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 рассмотреть на ней плащ и шапку. Подойдя поближе, тень застыла; она казалась более недвижной, чем изваяние кардинала Бертрана. Ее глаза, устремленные на Феба, горели тем неопределенным светом, который ночами источают кошачьи зрачки Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36.


Le capitaine était brave et se serait fort peu soucié d'un larron l'estoc au poing. Mais cette statue qui marchait, cet homme pétrifié le glacèrent Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36. Il courait alors par le monde je ne sais quelles histoires du moine-bourru, rôdeur nocturne des rues de Paris, qui lui revinrent confusément en mémoire.

Капитан не был Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 трусом, и его не очень напугал бы похититель с клинком в руке. Но эта ходячая скульптура, этот окаменелый человек леденил ему кровь. Ему смутно припомнились ходившие в то время россказни о каком Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36-то привидении-монахе, бродившем ночами по улицам Парижа.


Il resta quelques minutes stupéfait, et rompit enfin le silence, en s'efforçant de rire.

Некое время он простоял в оцепенении; в конце концов Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36, силясь усмехнуться, проговорил:


– Monsieur, si vous êtes un voleur, comme je l'espère, vous me faites l'effet d'un héron qui s'attaque à une coquille de noix. Je suis Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 un fils de famille ruiné, mon cher. Adressez-vous à côté. Il y a dans la chapelle de ce collège du bois de la vraie croix, qui est dans de Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 l'argenterie.

– Государь! Если вы вор, как мне кажется, то вы представляетесь мне цаплей, нацелившейся на ореховую скорлупу. Я, мой милый, отпрыск разорившихся родителей. Обратитесь лучше по соседству. В часовне этого коледжа посреди церковной Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 утвари хранится кусочек дерева от животворящего креста.


La main de l'ombre sortit de dessous son manteau et s'abattit sur le bras de Phoebus avec la pesanteur d'une serre d Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36'aigle. En même temps l'ombre parla:

Из-под плаща высунулась рука призрака и сжала руку Феба с неодолимой силой орлиных когтей. Тень заговорила:


– Capitaine Phoebus de Châteaupers

– Вы капитан Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 Феб де Шатопер?


– Comment diable! dit Phoebus, vous savez mon nom!

– О черт! – воскрикнул Феб. – Вам понятно мое имя?


– Je ne sais pas seulement votre nom, reprit l'homme au manteau Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 avec sa voix de sépulcre. Vous avez un rendez-vous ce soir.

– Мне понятно не только лишь ваше имя, – ответил замогильным голосом человек в плаще, – я знаю, что сегодня вечерком Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 у вас назначено свидание.


– Oui, répondit Phoebus stupéfait.

– Да, – подтвердил ошеломленный Феб.


– À sept heures.

– В семь часов.


– Dans un quart d'heure.

– Да, через четверть часа.


– Chez la Falourdel.

– У Фалурдель.


– Précis Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36ément.

– Совсем правильно.


– La vilotière du Pont Saint-Michel.

– У потаскухи с моста Сен-Мишель.


– De saint Michel archange, comme dit la patenôtre.

– У Миши Архангела, как Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 говорится в молитвах.


– Impie! grommela le spectre. – Avec une femme?

– Нечестивец! – пробурчал призрак. – Свидание с дамой?


– Confiteor.

– Confiteor.


– Qui s'appelle...

– Ее зовут...


– La Smeralda, dit Phoebus allègrement. Toute son insouciance lui était revenue Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 par degrés.

– Смеральдой, – запанибратски ответил Феб. Постепенно к нему ворачивалась его обычная беспечность.


À ce nom, la serre de l'ombre secoua avec fureur le bras de Phoebus.

При всем Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 этом имени призрак гневно стиснул руку Феба.


– Capitaine Phoebus de Châteaupers, tu mens!

– Капитан Феб де Шатопер, ты лжешь!


Qui eût pu voir en ce moment le visage enflammé du capitaine, le Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 bond qu'il fit en arrière, si violent qu'il se dégagea de la tenaille qui l'avait saisi, la fière mine dont il jeta si Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 main à la garde de son épée, et devant cette colère la morne immobilité de l'homme au manteau, qui eût vu cela eût été effrayé. C'était quelque chose du combat Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 de don Juan et de la statue.

Тот, кто в эту минутку увидел бы вспыхнувшее лицо капитана, его быстрый прыжок вспять, освободивший его из тисков, в которые он попался, тот Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 высокомерный вид, с каким он схватился за эфес собственной шпаги, кто увидел бы противостоявшую этой ярости безжизненную неподвижность человека в плаще, тот содрогнулся бы от кошмара. Это напоминало поединок Дон Жуана со скульптурой командора Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36.


– Christ et Satan! cria le capitaine. Voilà une parole qui s'attaque rarement à l'oreille d'un Châteaupers! tu n'oserais pas la répéter.

– Клянусь Христом Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 и дьяволом! – кликнул капитан. – Такие слова редко приходится слышать Шатоперам! Ты не осмелишься их повторить!


– Tu mens! dit l'ombre froidement.

– Ты лжешь! – тихо повторила тень.


Le capitaine grinça des dents. Moine-bourru, fant Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36ôme, superstitions, il avait tout oublié en ce moment. Il ne voyait plus qu'un homme et qu'une insulte.

Капитан заскрежетал зубами. Монах-привидение, суеверный ужас перед ним – все было Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 позабыто в этот миг! Он лицезрел только человека, слышал только оскорбление.


– Ah! voilà qui va bien! balbutia-t-il d'une voix étouffée de rage. Il tira son épée, puis bégayant Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36, car la colère fait trembler comme la peur: – Ici! tout de suite! sus! les épées! les épées! du sang sur ces pavés!

– Ах ах так! Отлично! – задыхаясь Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 от бешенства, пробормотал он. Выхватив шпагу из ножен, он, заикаясь, ибо гнев, подобно ужасу, кидает человека в дрожь, кликнул: – Тут! Немедленно! Живей! Ну! На шпагах! На шпагах! Кровь на мостовую!


Cependant Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 l'autre ne bougeait. Quand il vit son adversaire en garde et prêt à se fendre:

Но призрак стоял бездвижно. Когда он увидел, что противник стал в позицию и готов сделать выпад Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36, он произнес:


– Capitaine Phoebus, dit-il, et son accent vibrait avec amertume, vous oubliez votre rendez-vous.

– Капитан Феб! – Глас его дрогнул от духовной боли. – Вы забываете о вашем свидании.


Les emportements des hommes Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 comme Phoebus sont des soupes au lait dont une goutte d'eau froide affaisse l'ébullition. Cette simple parole fit baisser l'épée qui étincelait à la main du capitaine.

Гнев людей Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36, схожих Фебу, припоминает молочный суп: одной капли прохладной воды довольно, чтоб закончить его кипение. Эти обыкновенные слова принудили капитана опустить сверкавшую в его руке шпагу.


– Capitaine, poursuivit l'homme, demain, après Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36-demain, dans un mois, dans dix ans, vous me retrouverez prêt à vous couper la gorge ; mais allez d'abord à votre rendez-vous.

– Капитан! – продолжал незнакомец. – Завтра, послезавтра, через месяц, через 10 лет Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 – я всегда готов перерезать вам гортань; но сейчас идите на свидание!


– En effet, dit Phoebus, comme s'il cherchait à capituler avec lui-même, ce sont deux choses charmantes à rencontrer Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 en un rendez-vous qu'une épée et qu'une fille ; mais je ne vois pas pourquoi je manquerais l'une pour l'autre, quand je puis avoir les deux.

– По Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 правде, – произнес Феб, как будто пытаясь уверить себя, – приятно повстречать в час свидания и даму и шпагу, они стоят друг дружку. Но почему я должен упустить одно из этих наслаждений, когда Victor Hugo. Notre-Dame de Paris - страница 36 могу получить оба?


vibracionnaya-tehnika-referat.html
vibraciya-ee-klassifikaciya-rezonans.html
vibral-professiyu-uchitel-prihodi-v-mariinskij-pedagogicheskij-kolledzh-imeni-imperatrici-marii-aleksandrovni.html